Храни нас пуще всех печалей - Страница 134

134

За столом Магнус уже читал с интересом небольшой листок, плотно исписанный мелким почерком и, не глядя, тыкал в тарелку длинной вилкой. Супруг до сих пор не реагировал ни на какие обращения к нему и я уже привыкла к тому, что едим мы почти в полной тишине. Не хочет говорить и не надо, я вполне могу побыть наедине с собственными мыслями, перебирая то, что неожиданно всплывало в самые разные моменты. Сидишь вот, жуешь не пойми что, а вдруг скрип стула или покашливание Андре напомнит то, что осталось далеко позади и тогда стоит только погрузиться в воспоминания, как забываешь, где находишься...

...- ну наконец-то он женился, а то все скакал по жизни, не думая о своем будущем! Девочка будет ему хорошей супругой и дети должны быть здоровыми... ага...ага... правильно, что не устраивали пышных торжеств, это подчеркнуло бы, что средства на них выложены родителями невесты... - как бы про себя и негромко читал листок герцог, но каждое слово было хорошо слышно и падало, как водяные капли в клепсидре.

Почему-то я сразу поняла, о ком эти слова, но после смерти брата Дира это уже была не боль, а так, отголосок ее. Глаза остались сухими и даже вилка в руке не дрогнула. Женился...стало быть, теперь эта часть памяти тоже должна быть наглухо замурована, иначе нельзя будет жить дальше, постоянно терзаясь воспоминаниями. Совершенно равнодушно я что-то положила в рот и опомнилась только тогда, когда поняла, что невесть сколько времени смотрю в стену напротив и не вижу ничего.

- Андре, подлейте мне еще вина.

- Да, миледи, вам понравилось?

- Что понравилось? Ах, да, вино...Да. Налейте еще, до края. Спасибо, Андре. Как печка, хорошо греет?

- Да, миледи, - опасливо покосившись на герцога, негромко ответил мажордом. - Майра очень довольна и кланяется вам. Она спрашивала, не хотите ли вы что-нибудь особенное, она может постараться приготовить для вас все, что попросите!

- Я рада за вас, Андре, - равнодушно ответила я. - Спасибо, но ничего особенного мне не надо, я вполне могу обойтись самой простой пищей. Мне все равно, что есть, я равнодушна к еде, хоть такое отношение и может обижать ее. Лучше спросите его сиятельство, он наверняка привык к более изысканной кухне, чем я.

Герцог все сидел, рассматривая небольшой листок, но краем глаза я все-таки заметила его взгляды. Уроки брата Дира не пропали даром - помимо своей воли я фиксировала то, что двигалось вокруг. Почему я так малодушно подчинилась приказу Магнуса и прекратила занятия по утрам? Брат Дир столько старался, а я своим поведением свела на нет все его полугодовые усилия и забросила не только тренировки по защите, но и самые простые приемы, которыми в ордене владеют все.

- Андре, благодарю, я сыта. Милорд, - обратилась я к супругу, - ставлю вас в известность, что в ближайшее время я намерена возобновить утренние тренировки с братьями-беарнитами, чтобы не утратить приобретенные навыки. Перед уходом из столовой я подошла сзади к герцогу и положила ему руки на плечи, массируя большими пальцами основание шеи. Раз я амплификатор, пусть пользуется дармовой Силой и живет назло врагам. Наверняка у него есть враги, которые были рады этой опале и решили, что в Тройдене можно только помереть, но уж никак не стать настолько бодрым и энергичным, как это произошло с Магнусом. Только зная, что происходит с ним при контакте со мной, можно было не удивляться, что глубокий старик теперь двигался, как молодой. Что там еще Берта говорила про умственные способности? Ах, да, улучшаются, конечно же! А если я вдруг умру, что тогда с ним будет? Посидит, опять состарится и будет, как все в его возрасте... Глупые мысли лениво болтались в голове, не выстраиваясь ни в какие цепочки, ни в логические, ни в ассоциативные.

- Я закончила. Думаю, что на сегодня вам достаточно, чтобы чувствовать себя хорошо. Спокойной ночи.

- Миледи, присядьте, - приказал Магнус, не оборачиваясь.

- Зачем? - я равнодушно пожала плечами. - Мой долг вам я отрабатываю полностью, если можно судить по вашему здоровью.

- Присядьте и выслушайте меня.

- Хорошо, я повинуюсь вашему приказу. - Вернувшись на свое место, я чинно сложила руки на столе и стеклянными глазами уставилась на герцога.

Есть такой хороший взгляд, когда надо смотреть на то, что не нравится - на орущего шефа, на толпу людей, на занудную подругу. Смотришь вроде бы в глаза, а взгляд размывается и вместо неприятного лица - белая маска с темными провалами и в голове полная пустота. Говорить можете сколько угодно, пока не поймете, что твой собеседник, то бишь я, мыслями далеко отсюда и мне все по барабану.

Герцог попался на уловку моего мира как первоклассник и долго о чем-то распинался, но я даже не уловила смысл, чего он там хотел. Изредка кивала головой, а то еще поймет, что его элементарно провели и впадет в неконтролируемый гнев, а так все хорошо - он пар сбросил и я делала вид, что все поняла. Почти как на работе, когда шеф в бешенстве начинает срывать злость на первом попавшемся, а бедняге ничего не остается, как молча кивать и внимать начальственному слову.

Выдохшись, супруг замолчал, переводя дух, а я даже пожалела его - вон, как старался, бедняга! Поблагодарить, что ли, за сольное выступление, да и свалить к себе? Завтра надо дойти до отца настоятеля и обговорить с ним утренние тренировки. Все равно, с кем, лишь бы был непредсказуемый противник и схватка с ним до седьмого пота. Потом затоплю баню, кстати, надо про нее отцу настоятелю рассказать, может, его братьев помыть пора? Ну, а вечером схожу-ка я в храм Творца, постою или посижу для блезиру, пусть думают, что общаюсь с ним, меньше будут обвинять в грехах. Спрошу у святого отца, что тут самым страшным грехом считают...

134